«Дуга нестабильности»: ИГИЛ–Кавказ–Донбасс

Перевод: Украинский

Ситуация на Донбассе, которая с весны 2014 г. развивалась в рамках украинского кризиса, грозит перерасти в еще более масштабный конфликт. От Мосула до Донецка формируется дуга неуправляемого пространства, в рамках которой осуществляется неконтролируемая переброска живой силы, военной техники и потоков контрабанды.

Существование непризнанных и неуправляемых территорий, находящихся в непосредственной географической близости, создает широкие возможности для дальнейшей эскалации конфликтов и осуществления разного вида незаконной деятельности — торговли наркотиками и оружием, нелегальной миграции. Страны, находящиеся в «дуге нестабильности», обречены на столкновение с вызовами, которые угрожают самому их существованию, подрывают возможности для их экономического развития и обрекают население на жизнь в лишениях. Понятие “дуга нестабильности” используется по отношению к нескольким регионам мира, однако события 2014-2015 гг. впервые позволили объединить этим термином конфликты, разгоревшиеся на территории от Ближнего Востока до Донбасса.

DugaС начала войны в Сирии в 2011 г. и провозглашения “Исламского государства” (ИГ) в 2013 г. на территории в 50-90 тыс. км.кв. было создано квази-образование с населением в 8-10 млн. человек, преимущественно мусульман-суннитов. Армия “ИГ” по разным оценкам колеблется от 50 до 200 тыс. человек и воюет одновременно на нескольких фронтах — против режима президента Сирии Б. Ассада, против иракского правительства, которое поддерживают США и Иран, а также против курдов и национальных меньшинств, которые не разделяют религию и идеологию “халифата”. Границы этого государственного образования постоянно меняются, однако оно остается жизнеспособным, несмотря на широкую коалицию, ведущую с ним активную борьбу. Лидеры “Исламского государства” заявляют о необходимости расширения фронта борьбы против своих врагов и ячейки группировки были созданы в Ливии, Нигерии и Йемене. В конце июня 2015 г. поступили сообщения о провозглашении “вилаята Кавказ”, в котором объединились боевики из Дагестана, Чечни, Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии. На стороне “Исламского государства” воюют около 2-3 тыс. выходцев из Северного Кавказа, которые вскоре могут вернуться на родину.

Конфликт в Ираке и Сирии актуализировал вопрос создания собственного государства для курдов, которые проживают на территории нескольких государств региона. Иракские курды создали собственные силы самообороны (”Пешмерга”), смогли отбить атаку “Исламского государства”, и тем самым приблизились к провозглашению независимости в условиях коллапса иракской центральной власти. Сирийские курды также выступают за более широкую автономию и рассматривают вариант присоединения к иракскому Курдистану. Многочисленное курдское население, которое проживает на территории Турции, несколько последних десятилетий выступает за расширение своих прав. В результате парламентских выборов 2015 г. в Турции прокурдская Народно-демократическая партия впервые прошла в парламент страны, что свидетельствует о росте политической активности турецких курдов. Перспектива создания “Великого Курдистана” может вовлечь в конфликт силы за пределами региона, заинтересованные в дестабилизации Турции, Ирана и всего Ближнего Востока.

Неспокойно также и на Кавказе. Если “разморозка” конфликтов вокруг Южной Осетии и Абхазии сдерживается военным присутствием на этих территориях регулярных частей Российской Федерации, то возобновление конфликта вокруг Нагорного Карабаха выглядит все более вероятным сценарием. Волнения в Армении, начавшиеся в июне 2015 г., могут создать условия для ситуации, аналогичной событиям в феврале 2014 г. в Украине, когда коллапс органов центральной власти в Украине позволил России установить контроль над Крымом. За развитием ситуации в Ереване пристально следят в Азербайджане и Турции, которая является союзником Баку. В случае начала конфликта в него будет вовлечена и Россия, которая имеет на территории Армении военные базы и по сути гарантирует суверенитет этой страны.

Конфликт на Донбассе начинает влиять не только на ситуацию в Украине, но и сопредельные российские регионы. С января по апрель 2015 г. рост преступности в Ростовской области составил 23,4%. Активизация криминалитета наблюдается по всему Южному федеральному округу — Краснодарскому краю, Волгоградской и Астраханской областях, Калмыкии и Адыгее. Связано это с использованием этих регионов как перевалочного пункта для добровольцев, воюющих на стороне “ДНР” и “ЛНР”. В случае реализации Минских соглашений и установления Украиной контроля над границей с Российской Федерацией можно ожидать массового оттока сторонников сепаратистов на территорию Российской Федерации. Их интеграция в мирную жизнь может стать проблемой для правоохранительных органов, а в перспективе и дестабилизации ситуации в отдельных регионах европейской части РФ. Все это вкупе с нарастанием исламистской угрозы на Кавказе создает взрывоопасную среду, грозящую югу России.

Наличие конфликтов в этом регионе является удобным предлогом для развертывания военных группировок различных стран мира. После ухода из Ирака в 2011 и окончания миссии НАТО в Афганистане на Ближний Восток возвращаются американские войска — в виде инструкторов, советников и стабилизационных сил. 24 июня 2015 г. НАТО заявило о трехкратном увеличении своих сил быстрого реагирования — до 40 тыс. солдат, которые через 48 часов способны приступить к выполнению боевых заданий по защите стран-членов альянса в любой точке мира. Российская Федерация усиливает свою военную группировку на границе с Украиной — состоянием на начало июня 2015 г. здесь были сосредоточены российские армейские подразделения численностью 50-60 тыс. человек. Наращивается также военное присутствие Москвы на Кавказе и в Центральной Азии, происходит расширение военных баз в Крыму. Все большую активность проявляет Турция, претендующая на независимую роль на Ближнем Востоке и Восточном Средиземноморье. Не стоит также забывать об Иране, который в случае отмены санкций, сможет направлять значительные ресурсы на поддержку дружественных шиитских движений на Ближнем Востоке. Большой интерес к региону проявляет и Китай — здесь будет пролегать один из маршрутов “Экономического пояса “Шелковый путь”, доставляющий ресурсы в Поднебесную в обмен на китайские промышленные товары.

В интересах России и Украины не допустить ситуации, в которой динамика конфликта на Донбассе будет определяться событиями, происходящими за сотни километров от места событий. Объединение в один узел противоречий на Ближнем Востоке, Кавказе и Восточной Европе грозит дестабилизацией ситуации в соседних регионах, а также вовлечением в противостояние великих держав. Сценарий большой войны хоть и маловероятен, однако ключевые игроки будут учавствовать в финансировании сил, на которые сделали ставку, и тем самым подпитывать текущие конфликты. Конечный бенефициар определится путем долгого противостояния, однако уже очевидно, что наиболее пострадавшей стороной оказалось гражданское население, волею судеб оказавшееся в “дуге нестабильности”.

Андрей Каракуц, Центр международной безопасности

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.